127055, Москва, ул. Лесная 39
Пн-Пт 9:00 — 18:00
Сб, Вс — выходной
Мы в социальных сетях:
14 Сентября 2020

А.В.Тимофеев,

управляющий партнер ООО «Правовое бюро Тимофеев и партнеры»

 

     Познание мира, с точки зрения «общее, единичное, особенное», предполагает умение сравнивать предметы, выявлять их сходство и различие, однотипность и разнотипность, осознавать их диалектическую взаимосвязь и понимать, что одно не может существовать без другого. Попытка рассмотреть соотношение понятий «предпринимательство», «частная практика» и «профессиональная деятельность» через призму названных категорий, обусловливается необходимостью выявить те свойства, которые объединяют и/или разделяют данные понятия. Как показывает практика, для целей познания форм осуществления оценочной деятельности, это является жизненно необходимым.    

     Мне уже доводилось писать о том, что практика правового регулирования оценочной деятельности осуществляется таким образом, что понятие "оценочная деятельность" каждый раз определяется конкретными нормами, преследующим ту либо иную цель регулирования. При этом цели регулирования в разных случаях могли существенно отличаться, что в результате приводило к различным юридическим моделям этого понятия, сконструированным в том или ином нормативном акте. Применительно к понятию «оценочная деятельность», в контексте нормативного определения этого понятия, и был сделан вывод о том, что как вчера, так и сегодня функциональное значение понятия "оценочная деятельность " преобладает над теоретико-правовым дискурсом о содержании этого понятия. Более того, несмотря все возрастающее влияние результатов оценки на хозяйственную деятельность, отсутствуют какие-либо значимые дискуссии по этой проблеме и это несмотря на то, какое влияние понятие «оценочная деятельность» оказывает на развитие оценочного законодательства. В этой связи, представлялось крайне важным и насущным формирование этой правовой категории, причем как для юридической теории, так и для нужд гражданского оборота.

   Как оказалось, нечто подобное происходит не только с понятием «оценочная деятельность», но и с еще одним, не менее фундаментальной категорией данной области знаний – с понятием «субъекты оценочной деятельности». Новая волна накатывающихся на оценщика проблем, в который раз убеждает в том, что представление о гражданско-правовом статусе оценщика не базируется на четкой правовой регламентации, является расплывчатым, обуславливающим необходимость сформировать это представление. И это несмотря на то, что для любого института права, а оценочную деятельность с полным правом можно отнести к институту права, понятие "статус субъекта права" является одним из ключевых, определяющих содержание правоотношений.

     Поводом для написания настоящей статьи послужило изменение восприятия понятия «статус субъекта оценочной деятельности» в контексте «частной практики» оценщика, постановки оценщика на учет в качестве плательщика страховых взносов в соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса РФ и реакции саморегулируемых организаций на подобные изменения. Так, по мнению Саморегулируемой межрегиональной ассоциация оценщиков нормы ст.4 ФЗ об оценочной деятельности не могут быть применены к оценщику, зарегистрированному в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с чем с 04.08.2020г. отчеты оценщиков-предпринимателей, в том случае если форма осуществления оценочной деятельности не будет приведена в соответствие с положениями статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, не будут соответствовать названному закону.

     Другими словами, оценщик, зарегистрированный в форме индивидуального предпринимателя, с 04.08.2020 года (дата вступления в силу приказ Министерства экономического развития РФ от 15 августа 2019 г. № 490 "О внесении изменений в приказ Минэкономразвития России от 23 июля 2015 г. № 497) не будет являться субъектом оценочной деятельности, поскольку подобной формы осуществления оценочной деятельности статья 4 ФЗ Об оценочной деятельности не предусматривает.

     На чем же основана столь радикальное изменение восприятие содержания статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, которое приводит к весьма серьезным последствиям для практикующих оценщиков?

     Итак, статья 4 ФЗ Об оценочной деятельности закрепляет норму, в соответствии с которой субъектами оценочной деятельности признаются физические лица, являющиеся членами одной из саморегулируемых организаций оценщиков и застраховавшие свою ответственность в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона, которые могут осуществлять оценочную деятельность самостоятельно, занимаясь частной практикой, а также на основании трудового договора между оценщиком и юридическим лицом, которое соответствует условиям, установленным статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

     Абсолютное большинство исследователей исходят из дуалистического восприятия данной нормы, считая, что по смыслу статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, последняя может осуществляться оценщиком либо самостоятельно в форме частной практики, либо в форме трудовых отношений с оценочной организацией. Третьего, как говорится, не дано.

     Первое замечание, которое необходимо сделать в связи с анализом статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, заключается в том, что понятие «оценочная деятельность» и понятие «деятельность по осуществлению оценки» не являются идентичными. Оценочная деятельность – это не только проведение оценки конкретного объекта с целью определения его стоимости, но и различные правоотношения, возникающие в процессе осуществления оценщиком прав и обязанностей членов СРОО, ответственности оценщика и пр. Последствия подобного различия, как нам представляется, и не учитываются при попытке ограничить правовой статус оценщика в рамках осуществления им самостоятельной, профессиональной деятельности. О понятиях «правовой статус оценщика» и «правовое положение оценщика» будет сказано далее.

     Следует отметить, что с момента вступления в силу современной редакции статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности (2007г.), вопрос о запрете оценщиком заниматься оценкой форме индивидуального предпринимательства не только не поднимался, но и наоборот, подобная форма деятельности, в том числе и в рамках частной практики, воспринималась как допустимая, а в некоторых случаях как единственно возможная. А.А.Пергушев в своем исследовании приводит результаты анализа 1192 судебных решений, которые были вынесены после 1 января 2008г. Ни в одном из них не содержалось признания недостоверным доказательством отчета оценщика по тем основаниям, что оценщик являлся индивидуальным предпринимателем. Деятельность оценщиков, привлеченных для оценки имущества в рамках взаимоотношений с органами государственной власти, Агентством по страхованию вкладов, крупнейшими банками России (Сбербанк, Уралсиб, Россельхозбанк), воспринималась последними исключительно как индивидуальное предпринимательство. МЭРТ РФ и Минфин РФ также не отрицали возможность постановки оценщика на налоговый учет в качестве индивидуального предпринимателя (письмо МЭРТ РФ от 18 мая 2011 г. N Д06-2551, письмо Минфина РФ от 12.04.2010 N 05-02-12132). И подобное восприятие российской оценки, как не противоречащей предпринимательству в его организационно-правовой форме, сопровождало ее на протяжении всего периода становления и развития в течение 2008-2018г.г.

     Но вот появляется Приказ Федеральной налоговой службы от 10.01.2017 N MMB-7-1413@ <Об утверждении форм и форматов представления сведений о членах самореryлируемых организаций, внесенных в сводные реестры членов саморегулируемых организаций, патентных поверенных, зарегистрированных в Реестре патентных поверенных Российской Федерации, регистрации (снятия с регистрационного учета застрахованных лиц в органах Пенсионного фонда Российской Федерации, в том числе утверждены форма «Сведения о членах саморегулируемых организаций оценщиков» и формат представления Росреестром таких сведений в электронной форме. Согласно указанной форме в ФНС России направляется в том числе информация о наличии (отсутствии) в сводном реестре членов саморегулируемых организаций оценщиков сведений о юридическом лице, с которым оценщик заключает трудовой договор.

     Затем МЭРТ, в письме №Д22и-303 от 15.03.2017г., разъясняет, что, оказывается, ФЗ Об оценочной деятельности разграничивает профессиональную деятельность оценщиков и предпринимательскую деятельность. При этом, оценщик (а) в качестве индивидуального предпринимателя может заниматься только иной деятельностью, отличной от оценки и (б) может осуществлять оценочную деятельность в форме частной практики до постановки его на налоговый учет.

     ФНС в письме N БС-4-11/22263@ от 6.11.2018 отвечая на вопрос об уплате страховых взносов оценщиками, включенными в сводный реестр членов саморегулируемых организаций оценщиков, указало следующее: «В случае отсутствия в сводном реестре членов саморегулируемых организаций оценщиков сведений о юридическом лице, с которым оценщик заключил трудовой договор, такой оценщик признается плательщиком страховых взносов в соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 419 Кодекса. При этом исчисление и уплата страховых взносов данной категорией плательщиков страховых взносов производятся самостоятельно в соответствии со статьей 430 Кодекса. В случае неуплаты (неполной уплаты) страховых взносов оценщиком, занимающимся частной практикой, в установленный Кодексом срок сумму страховых взносов, подлежащую уплате за расчетный период, определяет налоговый орган».

     Несколько ранее, Минфин России в письме №03-02-07/1/3706 от 26.01.2017г. признал, что главой 26-2 НК РФ не предусмотрено ограничений в части применения упрощенной системы налогообложения (УСН) для оценщиков, занимающихся частной практикой, в связи с чем, при соблюдении всех условий, предусмотренных статьями 346(12) и 346 (13) НК РФ, такие оценщики вправе применять УСН.

     Несомненно, вопрос о праве частнопрактикующего оценщика применять упрощенную систему налогообложения, напрямую затрагивающий его интересы, является весьма актуальным и требует подробного рассмотрения. Однако предметом настоящей статьи является исследование возможных последствий в виде признания несоответствующим требованиям ФЗ Об оценочной деятельности отчета, подготовленного оценщиком, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя.   

     А.А.Пергушев, приводя аргументы в защиту тезиса о допустимости использования индивидуального предпринимательства для целей осуществления оценки (гражданско-правовой характер отношений между оценщиком и заказчиком, отсутствие в ФЗ Об оценочной деятельности запрета на осуществление оценки в форме ИП, отсутствие в разъясняющих письмах Минфина РФ, МЭРТ РФ, Росреестра признаков нормативности, различий в правовом регулировании деятельности оценщиков в сравнении с деятельностью нотариусов и адвокатов, допустимость осуществления оценки в рамах аудиторской деятельности, которая может осуществляться в рамках индивидуального предпринимательства), рассматривает содержание статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности как открытую конструкцию, не содержащую запрета на осуществление оценки в форме ИП. В целом, соглашаясь с подобной позицией, хотелось бы отметить следующее. Лингвистический анализ содержания статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности (оценщик может осуществлять оценочную деятельность самостоятельно, занимаясь частной практикой, а также на основании трудового договора) свидетельствует, что перед нами деепричастный оборот (занимаясь частной практикой), отвечающий на вопрос «как?» и уточняющий форму самостоятельного осуществления оценщиком оценочной деятельности. Другими словами, самостоятельная, профессиональная и независимая оценка, по смыслу статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, допустима только в форме частной практики или в рамках трудовых правоотношений? Но что такое «частная практика» оценщика, как не систематичность связанных с оценкой действий с целью извлечения постоянного дохода, что, собственно, и является сущностью предпринимательства.

     Существует три подхода к регулированию соотношения частной практики и предпринимательства: в одном случае (нотариусы, адвокаты) – запрет на занятие предпринимательской деятельностью и деятельностью по трудовому договору; в другом - признание возможности осуществлять профессиональную деятельность и заниматься частной практикой в форме индивидуального предпринимательства (медицинские работники - статья 2 пункт 11 ФЗ Об основах охраны здоровья граждан в РФ) и, наконец, в третьем случае (оценщики, патентные поверенные, арбитражные управляющие, аудиторы) – вопрос остается открытым, поскольку законодательство, регулирующее названные виды профессиональной деятельности, не содержит норм запрещающих или допускающих возможность осуществления частной практики в форме индивидуального предпринимательства. И в который раз приходится отмечать постоянно преследующую оценочную деятельность половинчатость регулирования и отсутствие четкого понимания правового статуса оценщика (кто он – наемный работник, индивидуальный предприниматель, свободный художник, занимающийся частной практикой или же лицо, осуществляющее свою деятельность в публичном интересе), а также бесконечные шатания в правовом восприятии оценки как профессии.

     Проблема правового статуса оценщика, несмотря на давнюю историю, не имело в прошлом и не имеет в настоящее время полноценного теоретического обоснования, несмотря на насущные потребности оценочной практики. Современное представление о гражданско-правовом статусе физических лиц, осуществляющих профессиональную оценку, несмотря на активную нормотворческую деятельность, характеризуется отсутствием четкой правовой регламентации. И совершенно естественно, что у оценщиков возникают вопросы, от ответов на которые во многом зависит успешность пребывания в профессии.

     Один из главных вопросов – это последствия пребывания оценщика в статусе индивидуального предпринимателя.

     По мнению СРОО СМАО, нормы ст. 4 Закона об оценочной деятельности не могут быть применены к оценщику, зарегистрированному в качестве индивидуального предпринимателя, поскольку, осуществление оценщиком деятельности в качестве индивидуального предпринимателя не предусмотрено нормами Закона об оценочной деятельности. С учетом положений ст. 23 Гражданского кодекса РФ, ст. ст. 4, 9 Закона об оценочной деятельности, в случаях, если в договорах и отчетах об оценке отсутствуют сведения, подтверждающие право исполнителя выступать субъектом оценочной деятельности, а, следовательно, и стороной по договору о проведении оценки, исполнителем отчетов, такие отчеты будут не соответствовать Закону об оценочной деятельности. Как следствие изложенной выше позиции, членам СМАО, осуществляющим в настоящее время деятельность в форме индивидуальных предпринимателей, настоятельно рекомендовано незамедлительно привести форму осуществления оценочной деятельности в соответствие со ст. 4 Закона об оценочной деятельности.

     По сути это означает запрет на профессию тем оценщикам, которые в настоящее время пребывают или желают пребывать в статусе индивидуальных предпринимателей.

     Но так ли это на самом деле? Попробуем разобраться в вопросах правового статуса оценщика, исходя из положений Гражданского кодекса РФ и ФЗ Об оценочной деятельности.

    Вначале несколько слов о понятиях «правовой статус», «правосубъектность» и «правовое положение», без которых невозможно раскрыть содержание статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности.

     Правовой статус оценщика – это состояние, в котором он находится в связи с наступлением следующих юридических фактов: а) внесения сведений об оценщике в реестр СРОО и б) заключения договора страхования ответственности. Другими словами, правовой статус оценщика есть статус субъекта оценочной деятельности, который устанавливается при выполнении условий, предусмотренных статьей 4 ФЗ Об оценочной деятельности. С момента возникновения этих событий (юридических фактов) государство признает за оценщиком его право на проведение оценки.

     Поскольку процедуре внесения сведений об оценщике в реестр СРОО предшествует получение оценщиком профильного образования, внесение средств в компенсационный фонд, страхование ответственности и пр., то можно согласиться с позицией о том, что момент приобретения статуса субъекта оценочной деятельности определяется датой вступления физического лица в саморегулируемую организацию оценщиков. Именно это обстоятельство является правоустанавливающим фактом, который предшествует выбору оценщиком формы осуществления своей профессиональной деятельности.

     Хотелось бы отметить, что редакция статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, определяя субъектом оценочной деятельности только оценщика, вызывает вопрос о том, кем же в таком случае являются оценочные компании и СРОО, если они, по смыслу статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, не могут быть субъектами оценочной деятельности? Л.И.Шевченко считает необходимым различать такие понятия как «субъекты оценочной деятельности» и «субъекты оценочных правоотношений». Но оценочная деятельность и есть ни что иное как правоотношения возникающие, изменяющиеся и прекращающиеся в связи определением и установлением рыночной (иной) стоимости, включающие в себя осуществление оценщиком прав и обязанностей членов СРОО, его ответственности, а также отношения, связанные с регулированием этих процессов. Нам представляется нежелательным признание самостоятельного существования оценочных правоотношений, пребывающих вне оценочной деятельности. Более логичным выглядит необходимость признания различий в позиционировании оценщика как субъекта оценочной деятельности (субъекта оценочных правоотношений) и оценщика как субъекта налоговых правоотношений.

     Одновременно с возникновением у оценщика статуса субъекта оценочной деятельности у него возникает и правосубъектность, т.е. способность иметь права и нести обязанности, предусмотренные законодательством и необходимые для осуществления оценочной деятельности. При этом ФЗ Об оценочной деятельности называет деятельность оценщика профессиональной, устанавливая, что только в результате профессиональной деятельности возможно получение результата в виде определения в отношении объектов оценки рыночной, кадастровой, ликвидационной, инвестиционной или иной предусмотренной федеральными стандартами оценки, стоимости (абз.1 статьи 3 ФЗ Об оценочной деятельности).

     Одной из таких обязанностей является выбор форм осуществления оценочной деятельности. Форма осуществления оценочной деятельности (трудовые отношения или частная практика) не влияет на возникновение или прекращение правосубъектности оценщика, что является особенностями его правового статуса. Расторжение трудового договора с оценочной компанией не прекращает правосубъектность оценщика, поскольку в результате этого он не лишается права осуществлять оценку в форме частной практики.

     Нужно различать правовой статус оценщика, как составную часть его правосубъектности в сфере оценочной деятельности, и порядок постановки оценщика на налоговый учет как элемент налоговых правоотношений. Оценщик, как субъект оценочной деятельности, и оценщик, как субъект налоговых правоотношений – это далеко не одно и тоже, поскольку право оценщика на проведение оценки возникает не с момента постановки его на налоговый учет в качестве налогоплательщика. Возникновение правосубъектности (способности иметь права и нести обязанности) оценщика связано с моментом приобретения им статуса субъекта оценочной деятельности, то есть включением в реестр членов СРОО сведений об оценщике.

     И если говорить о том, что должно отличать частную практику и профессиональную деятельность оценщика от деятельности предпринимательской, то это всего лишь основания, по которым они возникают. Право оценщика на осуществление профессиональной деятельности в форме частной практики возникает на основании членства в СРОО и страховании ответственности (статья 4 ФЗ Об оценочной деятельности), в то время как индивидуальный предприниматель получает право на осуществление предпринимательской деятельности с момента своей государственной регистрации в порядке, предусмотренном ФЗ О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

     Попытку найти отличие профессиональной деятельности оценщика от предпринимательской в том, что стоимость услуг оценщика определяется из расчета времени, затраченного на оказание услуги, а не рыночными категориями «спроса» и «предложения» вряд ли можно признать удачной. Стоимость профессиональной услуги не может быть определена без учета соотношения спроса и предложения, иначе она никогда не станет разумным вознаграждением на открытом рынке.

     Также неудачным, по нашему мнению, является выделение в качестве признака профессиональной некоммерческой деятельности ее социально значимой некоммерческой цели. Подобная цель не исключает возможности и необходимости систематического получения дохода (вознаграждения) за профессиональный труд. Социально значимая цель оценки не является также препятствием для получения прибыли коммерческими оценочными компаниями и было бы странным утверждать, что прибыль этих компаний является результатом некоммерческой деятельности оценщиков.

     По мнению В.В.Кваниной, основное отличие между профессиональной и предпринимательской деятельностью заключается в субъектном составе и в гарантированных законом мерах защиты прав кредиторов субъектов профессиональной и предпринимательской деятельности. В частности, в отношении субъектов профессиональной деятельности - оценщиков - законодатель устанавливает дополнительные гарантии защиты прав кредиторов и третьих лиц посредством установления обязательного заключения ими договоров страхования ответственности и формирования компенсационного фонда СРО. Между тем, дополнительные гарантии прав кредиторов установлены не только в отношении оценщиков, но и, например, для деятельности застройщика на рынке долевого строительства.

    Весьма поверхностной выглядит попытка МЭРТ РФ разграничить профессиональную и предпринимательскую деятельность (письмо от 15.03.2017г. №Д22и-303) на основании анализа статьи 3 ФЗ Об оценочной деятельности, поскольку указанная статья не содержит характеристик и отличительных признаков ни профессиональной, ни предпринимательской деятельности.

     В каких же отношениях между собой находится частная практика, профессиональная деятельность и предпринимательство? Противоречит ли одно другому и можно ли утверждать о невозможности осуществления оценки в форме предпринимательства?

     Частная практика, с точки зрения содержательного наполнения данного понятия (при отсутствии его легального нормативного определения), это самостоятельное занятие профессиональной деятельностью с целью получения дохода, что не находится в противоречии с понятием предпринимательской деятельности. Более того, частная практика, например, применительно к медицинской деятельности (пункт 11 статьи 2 ФЗ ОБ охране здоровья граждан в РФ) трактуется не иначе как деятельность предпринимательская.

     Анализ нормативных актов (Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, Федерального закона от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ (ред. от 23.07.2013 г.) «Об оценочной деятельности в Российской Федерации, Федерального закон «О патентных поверенных») позволил Т.В.Усковой сделать вывод о том, что законодатель неоднозначно применяет термин «частная практика» в смысле, во-первых, осуществления самостоятельной профессиональной деятельности без вступления в трудовые отношения с какой-либо организацией, а, во-вторых, разновидности предпринимательской

деятельности без образования для этих целей юридического лиц. При этом, применительно к деятельности оценщика, если исходить из содержания статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, законодатель безразлично относится к совмещению предпринимательства и частной практики, не устанавливая ни прямого запрета на подобное совмещение, как в случаях с нотариусами и адвокатами, так и не предписывая такую возможность, как в случаях с медицинскими и фармацевтическими услугами. Более того, несмотря на то, что оценочная деятельность определена как деятельность профессиональная, осуществляемая в форме частной практики (статьи 3, 4 ФЗ Об оценочной деятельности), в оценочной законодательстве отсутствует правовая регламентация понятий «частная практика» и «профессиональная деятельность», в виду чего, опираясь на нормы права, мы не можем выявить унифицированные признаки этих понятий, достаточные для однозначных выводов о несовместимости профессиональной деятельности оценщика в форме частной практики и предпринимательства.

     Исследуя вопросы правового регулирования профессиональной деятельности и частной практики, Ю.Р.Мрясова указывает, что, во-первых, законодательное регулирование категории "частная практика" фрагментарно, но оно позволяет утверждать о законодательном различии между индивидуальными предпринимателями и субъектами частной практики, во-вторых, исходя из системного толкования положений Федеральных законов "О несостоятельности (банкротстве)", "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" и "О патентных поверенных" следует, что статус индивидуального предпринимателя вовсе не препятствует занятию профессиональной деятельностью, в третьих, в законодательстве отсутствует единый подход к пониманию профессиональной деятельности. С одной стороны, это можно объяснить широтой и неопределенностью самого понятия, с другой - мозаичностью законодательства, решающего проблемы изданием все новых нормативных правовых актов.

     Таким образом, опираясь на законодательство, как источник информации о признаках таких понятий как «профессиональная деятельность» и «частная практика», мы не узнаем их содержательной сущности.    

     Вместе с тем, мы знаем, что такое предпринимательская деятельность, поскольку она определена в статье 2 Гражданского кодекса РФ как деятельность самостоятельная, осуществляемая на свой риск и направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. И если частную практику определять как осуществление на возмездной основе систематической, самостоятельной и профессиональной деятельности лицами, прошедшими специальную подготовку и допущенными к указанной деятельности в установленном законом порядке, а профессиональную деятельность как деятельность, осуществляемую физическими лицами, имеющими профессиональное образование или профессиональную подготовку, практические навыки и умения в определенной области, к гражданско-правовому статусу которых могут установленные определенные требования, то можно обнаружить отсутствие каких-либо противоречий между профессиональной деятельностью, частной практикой и предпринимательской деятельностью. Следовательно, признание фактов отсутствия нормативно закрепленных признаков частной практики и профессиональной деятельности применительно к оценке, с одной стороны, и отсутствие законодательного запрета на совмещение оценочной и предпринимательской деятельности, с другой, подвергает обоснованному сомнению позицию о невозможности применения к оценщику-предпринимателю положений статьи 4 ФЗ Об Оценочной деятельности, и уж тем более, о несоответствии требованиям оценочного законодательства отчета, подготовленного указанным оценщиком.

Выводы:

- возникновение правосубъектности (способности иметь права и нести обязанности) оценщика связано с моментом приобретения им статуса субъекта оценочной деятельности, то есть включением в реестр членов СРОО сведений об оценщике и наличием договора страхования обязательного страхования ответственности оценщика;

- положения статьи 4 ФЗ Об оценочной деятельности, в контексте правового статуса оценщика, следует толковать таким образом, что указанная статья, не содержащая запрета на совмещение оценки и предпринимательства, устанавливает всего лишь необязательность регистрации оценщика в качестве предпринимателя;

- правовой статус оценщика, допускающий возможность осуществления им оценки, обусловлен исключительно членством в саморегулируемой организации оценщиков и индивидуальным страхованием гражданской ответственности за причинения вреда в результате проведения оценки;

- форма осуществления оценщиком деятельности по подготовке отчета (частная практика, трудовые отношения) не влияет на его правосубъектность, что является особенностью правового статуса оценщика;

- следует различать оценщика, как субъекта оценочной деятельности, и оценщика, как субъекта налоговых правоотношений, поскольку право оценщика на проведение оценки не обуславливается обязательностью постановки его на налоговый учет в качестве налогоплательщика;

- регистрация оценщика в качестве индивидуального предпринимателя не влечет за собой утрату им статуса субъекта оценочной деятельности, а значит, не является основанием для признания отчета, подготовленного таким оценщиком, не соответствующим оценочному законодательству.